mAIN

Если выйти за рамки конкретной проблемы, то нужно признать, что смена экономической, политической инфраструктуры советского и постсоветского государств на работающую по принципам демократии новую инфраструктуру, проблема, конечно, далеко не только армянская

Мы упираемся и в проблему Конституции, и в проблему регулирования вопросов землепользования, и в проблему принятия административных решений. По ходу обсуждений потенциальных рисков при разработке, выясняется, что нет должного научного уровня в стране, способного обеспечить необходимую экологическую экспертизу.

Экология имеет большой потенциал для консолидации, мобилизации людей, невзирая на идейно-политические, социальные и другие границы. Для одних это упирается в охрану и защиту именно Армении, для других это часть заботы о мировой природе.

Слово «революция» еще больше нравится по другой причине: почти каждый рассчитывает, если не на перемены в собственной судьбе, то во всяком случае на успешное решение каких-то конкретных частных вопросов, затрагивающих его личный интерес (не обязательно и не только материальный). Налицо множество свидетельств того, что подавляющее большинство населения Армении в первую очередь ожидает от новой власти совсем не демократии, а возвращения патерналистског...

Турецкая революция неоднородна, не имеет единой, отчетливой идеи, но колеблется между представлениями о необходимости децентрализации или централизации, сторонниками Сабахэддина и младотурками, между светской и исламской идеями, между идеями османизации и тюркизма, между широкими свободами и тиранией.

Личности вторичны. Это столкновение идей. Государственность, республика, справедливость — или корпорация и доходность. Часто выбор между этими двумя полюсами происходит подсознательно. Это столкновение элитарного и эгалитарного мировоззрений.

Политика состоит из множества агонов разного рода. Граничащих с войной и вполне мирных, даже с соблюдением традиционных церемоний. Явных и подспудных. Чисто политических и формально неполитических (язык, религия, миграционные потоки, социальный статус, распределение благ и ресурсов на микроуровне), которые со временем будут конвертированы в политические «очки».

Если кто-то в самом деле считает сотню тысяч людей на площади все еще толпой, а не народом, не гражданами, значит, он должен требовать гораздо более срочных и радикально-революционных перемен «сверху», чем осуществляет сегодняшняя власть.

Революция-2018 попала в ловушку, в которую очень легко угодить, когда противник создал себе фейковую оболочку, когда «правящая корпорация», грабившая страну и разваливавшая государство делала это под прикрытием политико-правовой фикции.

focus

Я хочу поговорить о промежуточном времени, которое великий французский историк Фернан Бродель называл temps de la conjoncture. Это именно время чего-то, это некая эпоха, которая может продолжаться и десятилетия, и многие века.

A European “grand revolution”, then, is a generalized revolt against an Old Regime. Moreover, such a transformation occurs only once in each national history, since it is also the founding event for the nation’s future “modernity”.