tOPICS

В 1932 году в Ереване был опубликован и, вскоре, подпал под запрет, как контрреволюционная публикация, том под заголовком “Первые массовые революционные движения”. В этом томе приведены документальные источники, письма и свидетельства, (...) которые компрометирующими фактами представляют заговорщическую деятельность в эти дни армянских большевиков против Республики Армении. Представим эту черную страницу истории со слов самих же большевиков......

Для Армении это движение имело несколько тяжелых последствий, которые оказали громадное воздействие на последующие события. Первым и наиболее судьбоносным последствием необходимо считать деморализацию и развал армянской армии. (…) Идея государственности, которая и без этого не была сильной в нашей национальной армии, ослабла еще больше.

Некоторые надежды армянские большевики связывали с протекавшими в это время в Карабахе военными действиями, также как с недовольством русских и мусульманских элементов. Их расчет был простым: используя голод, экономический кризис, центробежные инстинкты русских и мусульман - с одной стороны, и с другой - внешнюю поддержку большевиков и симпатии к Красной армии - взорвать изнутри Республику Армении.

Существовал только один способ разорвать этот узел. Определение границ Армении и их признание соседями. Как только Армянская республика получила бы свои постоянные границы, крестьяне-мусульмане внутри этих границ и армянские крестьяне за их пределами могли бы поменяться местами - единственное известное лекарство от раздоров в этих краях; или же те и другие должны были мирно признать своих новых правителей.

Если Ноев Ковчег вновь пристанет к Арарату, нельзя представить более неподходящего места для поисков оливковой ветви, как реальной, так и аллегорической, нежели в этой опустошенной и раздираемой войной стране.

Результаты расследования, в смысле установленных оснований к возбуждению вопроса об ответственности должностных лиц по суду, могут быть сведены к обвинению их в явном бездействии власти, выразившемся в непринятии ими мер к предотвращению и прекращению, имевшимися в их распоряжении средствами, совершавшихся в их присутствии убийств, грабежей и поджогов, к оказанию помощи находившимся в опасности и обращавшимся к ним лицам, к рассеянию и обезору...

9 Февраля утром убийства и погромы продолжались в разных частях города. Вооруженные татары насильственно врывались в армянские дома, грабили имущество и убивали попадавшихся им армян.

У евреев геноцид приблизительно совпадает во времени с величайшим событием еврейской истории — созданием государства Израиль, достижением почти чудесной, немыслимой нормализации положения евреев, их превращения в народ среди других народов. (...) В армянской истории не произошло такого события, компенсирующего травму от геноцида и нормализирующего самосознание события.

И, конечно, вот это «строгое требование» понимания категорий, оно предполагает не лозунговое решение вопроса, что вот, мы поняли, что такое республика или государство и отказываемся от концепции трех республик. Это предполагает строгое, последовательное отношение к тем отходам, к тем недостаткам политической власти, которые все чаще оправдываются с позиций «неизбежных закономерностей» и объективных процессов.

...характеризуя армянскую нацию, Паскевич указывал на то, что какие-нибудь поблажки этой нации не могут быть допустимы во избежание потери престижа русского имени. (...) А затем, указывает на главную причину этих своих требований, — на то, что армянское духовенство и армянский народ не ослабевают в своих искательствах, ни в пронырливости, дабы достигнуть своей цели, «ибо алчности и желаниям почестей в сем народе нет границ, нет пределов.

Солнечный свет не всегда слепит, потому что он рассеян, а вот если сфокусировать его в зеркале и направить на человека, то вот этот отраженный свет, в силу своей концентрированности, он может ослепить. И вот в этом смысле отраженный западный кинематограф в очень мощных советских зеркалах был гораздо концентрированнее, и поэтому возник такой феномен.

Все остальное в советском кинематографе, было реакцией на мировое кино, конечно, причем очень интересно, отраженной реакцией, какой-то странной системой зеркал. Если кинематограф вообще похож на платоновское описание пещеры, то советский кинематограф был еще более усложненной пещерой, т.е. это были “тени теней теней”, совершенно сюрреалистическая ситуация, когда то, что нам казалось вершинами, оказывалось эпигонством, плагиатом, и это было неи...